Взгляд на жизнь

Жизнь иной раз, поставив в сложную ситуацию,   заставляет нас  пересмотреть свои взгляды,  Иначе не пришлось бы увидеть мир глазами других людей. И только тогда начинаешь ценить то, что имеешь и понимать истинные ценности простых вещей.

В повседневной суете мы не замечаем, как летит время, а также что и кто возле нас. Наверное, мне было послано испытание для того, чтобы я присмотрелась к тому, что происходит рядом со мной, говорит моя собеседница. Затем она рассказала мне свою историю:

 “Так случилось, что как только я поломала ногу, жизнь увидела с неизвестной мне до сих пор стороны. Хотя правильнее было бы сказать, мне пришлось испытать новые чувства и задуматься о многом. Когда я упала, собираясь перейти достаточно оживленную трассу,  то подвернула ногу. На короткое время потеряла сознание, не могла встать, а помогли мне прибежавшие на помощь неизвестные молодые ребята. Уверена была в том, что всего лишь подвернула лодыжку и поэтому не обратилась к медикам. К вечеру нога распухла и посинела, и я была вынуждена поехать в больницу скорой помощи. Как только я вышла из такси возле входа в помещение больницы, с трудом опираясь на руку сына, дежурный подкатил мне  коляску. После прохождения регистрации направили на  осмотр к дежурному врачу. Он сразу же отправил на рентген. Затем  после осмотра  снимков рентгена мне сообщили,  что у меня закрытый перелом правой ноги. Травматолог наложил лангет на пострадавшую ногу и снова направил на рентген. Закончились мои поездки поабинетам в полночь. В полном смятении  с загипсованной ногой я вернулась в гостиницу, вооруженная двумя костылями, которые по заказу сына доставили к вестибюлю здания больницы. Понятно, что встать на них я не смогла и тогда выручил меня дежурный портье, доставший из подвала  потрепанную, без тормозов, коляску. С трудом доставив меня к лифту, впихнув туда (как я позднее удостоверилась, лифты в отелях явно не рассчитаны на постояльцев с ограниченными физическими возможностями, в разряд которых попала я), доставили благополучно в номер на третий этаж. Тут возникла другая проблема: коляска не проехала дальше коридора и моему сыну пришлось срочно делать перестановку мебели, благодаря чему удалось мне добраться до кровати.

На следующее утро я решила, что не буду сидеть в четырех стенах, тем более, что дежурный врач скорой помощи направил меня в поликлинику на контрольный осмотр к ортопеду,  мы выехали на улицу. И тут мы столкнулись с новыми препятствиями.  Кривые с крутыми подъемами и спусками улицы, с огромным количеством припаркован-ных и едущих самых разных транспортных средств, оказались куда более опасными для меня, беспомощно сидящей в коляске, у которой отсутствовали тормоза.  Сыну приходилось не только тащить тяжелую коляску, но следить, чтобы не наехала на нас телега носильщиков с грузом, или же его мать не слетела с коляски при спуске вниз. Добирались мы очень долго до поликлиники, затем искали кабинет врача. Увидев огромную очередь пациентов, мы повернули назад, и, спустившись на лифте, набитом людьми, но достаточно вместительном для меня с коляской, поехали по тем же крутым дорогам.  Меня охватывало неприятное чувство, когда приходилось смотреть на ноги прохожих, а не на их лица. Разглядела я с такого расстояния множество мусора и особенно окурков на тротуарах.  Сложно было при переходе через трассу: толпы людей стремились быстрее перейти дорогу, порой, не обращая внимание на движущийся транспорт или красный свет светофора. При этом они не замечали и своих попутчиков. И тем не менее при преодолении очередных препятствий на улицах и тротуарах нам   многие  прохожие уступали дорогу, помогали преодолеть очередное препятствие, выражали сочувствие.  Позднее нам сказали, что любую помощь окажут и дежурные на остановках трамвая: помогут и выйти из него, и зайти внутрь в коляске.

На следующее утро мой сын решил, что мне нужна коляска надежная и купил удобную, складывающуюся и с тормозами. На ней и сидеть пришлось до того дня, когда наконец, сняли с ноги гипс. Но до того счастливого дня было еще далеко: сломать ногу умудрилась я за несколько секунд, а лечиться надо было очень долго…

Серьезное испытание ждало меня во время полета домой, в Алматы. Сын заранее предупредил авиаперевозчика о нашей проблеме. До аэропорта добрались вполне сносно: попался порядочный таксист, который в отличие от некоторых, довез ко входу в здание  и подсказал, что носильщик не только доставит наш багаж, но и передаст меня в надежные руки работника аэропорта. Нас без проблем провели через таможенный контроль, помогли сдать багаж,  а после объявления посадки на самолет подвезли к посадочному месту. В самом самолете на меня не обращали внимания до тех пор, пока он не взлетел. После длительного ожидания мне, наконец, принесли плед. К тому времени на свободное место впереди нас пересадили дородного мужчину, как потом выяснилось, американца. Я попросила пересадить на другое свободное место переднего ряда моего соседа, для того чтобы, не стесняя его, могла вытянуть ногу в гипсе, которая уже начала меня беспокоить. Старшая стюардесса отказалась, мотивируя тем, что за это место надо было доплатить. А на мой вопрос, почему без проволочек и доплаты пересадили дородного мужчину, она ответила, что ему было не комфортно сидеть на хвосте самолета. Значит, мужчине посочувствовали из-за его веса, а сосед, гражданин Турции, и я, с отекающей тяжелой ногой в гипсе, должны были теснить друг друга. Интересно, почему такая дискриминация? У американца есть привилегии, у других их нет, даже при таких обстоятельствах. Спасибо за терпение и сопереживание моему соседу, ведь лететь в таких условиях более пяти часов было и ему тяжело: он не мог вздремнуть, боясь причинить мне неудобства. Кстати отметить, авиаперевозчиком на том рейсе была «Эйр Астана».

 Другая история началась после приезда домой, в родной город. Для начала я испытала страх, вспомнив, что нужно будет преодолеть ступеньки, чтобы попасть в квартиру. Потом я вспомнила, как много лет назад я поднималась на четвертый этаж и спускалась вниз с маленьким ребенком на руках. Это было то еще испытание на прочность. Почему –то и в те годы никто не учитывал возможности матерей с малышами на руках, или людей на колясках.  Ведь, как правило, мамаши с детскими колясками и люди с ограниченными возможностями с трудом преодолевают препятствия на разбитых тротуарах и улицах.  Страх упасть, перевернуть коляску и получить очередную травму вынуждает таких людей сидеть в четырех стенах, наблюдая за сменой сезонов из окна, так как выход на улицу  для них-настоящее испытание.”

Выслушав исповедь моей собеседницы, я стала обращать внимание  на то, с чем  приходится сталкиваться людям. сидящим на коляске, идущим с помощью костылей, или женщинам с детьми в коляске. Кстати отметить, и малышам, делающим еще неуверенные шаги, сложно передвигаться по нашим разбитым тротуарам и улицам.

Фактически ни в одно учреждение, магазин войти они не могут. Ступеньки в административных зданиях, как правило, крутые, и если сможет все-таки подняться по ним, то спуститься еще сложнее. Никто не занимался анализом, сколько людей ломали ноги из-за таких лестниц, сколько пострадало из-за выбоин и трещин на дорогах и тротуарах. А таких случаев не мало происходит в любое время и сезон года. Так, моя племянница, спускаясь с ребенком на руках по лестнице жилого дома, скатилась с нее и сломала ногу, и счастье, что не пострадала малышка, которую мать инстинктивно прижала к себе, и лежала на полу в ожидании помощи от случайных прохожих. Другая моя племянница, проскользнувшись на не очищенной дороге, тоже сломала ногу. И подобное может произойти с любым человеком, в любой момент. И тогда начнутся сложные испытания, помимо боли из-за сломанной части тела. А полноценная жизнь в то же время будет проходить мимо...

Новости в Вашем регионе