С чистого листа

Именно так могут начать работу в АО «ГМК Казахалтын» люди, которые в какое-то время были причислены к «незаконным старателям». Об открывшихся возможностях, трудоустройстве на предприятии для молодежи мы беседуем с начальником службы управления персоналом горно-металлургического концерна «Казахалтын» Даной Шаймергеновой.

На работу примем
 
Перед интервью прошел прием нескольких посетителей, которые обратились в концерн с одним вопросом – трудоустройства. Вот женщина интересуется возможностью восстановления на работе своему мужу, который, по ее словам, был уволен, потому что когда-то при приеме в концерн не указал, что имел судимость. Начальник СУП считает, что вопрос, если дело только в этом, а других нареканий по работе не было, можно решить положительно.
Следующий посетитель – проходчик с 5-летним стажем, имеет 4 разряд. Занимался старательством, но приводов не было. Пробовал вести свое дело как частный предприниматель, теперь хотел бы вернуться в «Казахалтын». При отсутствии вакансий готов работать крепильщиком, стволовым, квалификация имеется. Руководитель службы с учетом отсутствия вакансии по специальности на руднике Аксу предлагает рассмотреть возможность работы вахтовым методом в управлении горно-капитальных работ, что посетителем принимается.
Следующие три кандидатуры рассматриваются заочно, так как посетители по каким-то причинам на прием не пришли. Вот документы молодого человека, бывшего детдомовца. Уже работал в концерне и, как говорится, не оправдал доверия (уволен за прогулы). Дана Шаймергенова считает, что парню, которому, видимо, не хватало отцовского догляда, контроля при его беззаботности и отсутствии самодисциплины в силу возраста, можно дать шанс. Все-таки год прошел.
Женщина из Бестобе хотела бы восстановиться на работу в столовой. Почему нет? Рассмотрим. По мнению руководителя службы управления персоналом, сюда как раз нужно принимать местных.
Еще одно резюме девушки: высшее образование, стажировалась в концерне, есть желание работать. Оснований к отказу нет – как раз освободилось место табельщика.
Следующий посетитель Дане знаком по недавней ярмарке вакансий. Практику молодой человек проходил в концерне, работал, уволился при закрытии участка. Резюме его уже в работе. Так что в ближайшее время вопрос с трудоустройством будет решен.
И еще одному, незапланированному, посетителю тоже предложена возможность применить знания и опыт на новом месте работы – в концерне «Казахалтын».
 
На позитиве
 
–Удовлетворены ли Вы тем, как прошел прием?
– Очень удовлетворена. Я в первый раз в Степногорске нахожусь на приеме. В принципе, я думаю, что для каждого, кто сегодня здесь был, можно будет найти позицию. Такое бывает не всегда и не так часто. К нам руководители приносили резюме соискателей без опыта, квалификации… Сегодня я очень довольна каждым. Даже теми, кто не пришел, но передал свое резюме. Судя по опыту работы, по образованию, для человека можно найти какое-то место. Может быть, не у нас, а в дочерней компании. Например, повара в ТОО «ТехЭксперт» (это о женщине из Бестобе, которая раньше работала в столовой и теперь хотела бы вернуться на прежнее место. – В.К.). Человек ответственный, в возрасте, трое детей, работала у нас. Здесь живет, значит, держится за свое место.
– Что предлагает «Казахалтын» новобранцам из числа молодежи, пока не имеющим практического опыта работы в шахте, на карьере или фабрике?
– Мы готовы их принять и обучить, повышать их квалификацию за свой счет, в том числе и для получения высшего образования, оплачивать обучение, учебный отпуск и т.д. Если человек хочет связать свою жизнь с «Казахалтыном», мы только «за», мы открыты, готовы, настроены на то, чтобы взращивать свои кадры.
– Но ведь вам в большей степени требуются люди с рабочими специальностями, а не инженерными?
– С рабочими и в том числе инженерными. У нас есть несколько вакансий. В основном требуются механики, слесари, электрики. Мы ищем людей, ищем таланты. Если у нас ребята проходят практику и имеют положительные отзывы наставников, мы стареемся этих «звезд» держать поближе, вести их в процессе обучения, стараться приглашать их, чтобы эти люди не уходили.
Когда распался Советский Союз, получился серьезный разрыв в подготовке специалистов для горной отрасли. Не знаю, как так получилось, но не было факультетов, не давали образования именно в части производства, таких, как механики, электрики, газоэлектросварщики… Сейчас это все возобновляется. Но вся наша горно-металлургическая отрасль страдает нехваткой кадров. Они у нас такие: либо совсем молодые, либо предпенсионного возраста. Есть работники среднего возраста, но их не хватает. Квалифицированные работники – все очень взрослые люди.
Не хватает слесарей, не хватает механиков, механиков в части ремонта и обслуживания оборудования. Электриков также не хватает. Приходят ребята из колледжа, но практики у них очень мало. Эти ребята идут сразу на производство, но не «в поле», как мы говорим, не «в подземку», а где-то на поверхности с наставником. И, например, из 10 человек далеко не все остаются, человека три. Они хотят всё «здесь и сейчас», высокую зарплату. Не все хотят «работать руками». Это новое поколение. И это нормально.
– Да, это факт, но вряд ли это нормально. Мне ближе и понятнее другое: учись, набирайся опыта, расти профессионально и, естественно, будет расти зарплата. Но давайте рассмотрим еще одну кадровую тему.
Предприятие сменило некогда непримиримую позицию по отношению к замеченным в незаконной старательской деятельности на более лояльную. Еще недавно такие люди, включенные в «черные списки», не могли поступить на работу, а значит, продолжали зарабатывать себе на хлеб всеми правдами и неправдами. Не осталось ли декларативным обещание начать с «чистого листа»? Пошло ли дело?
– Пошло. Мы за 2018 год в Бестобе приняли 116 человек на работу из числа местного населения. Принимали и сверх позиций, потому что дали обещание, что прием на работу в первую очередь будет осуществляться из числа местного населения. Акимат Степногорска очень хорошо отработал, были обновлены списки безработных. Мы работаем по сей день с этими списками.
Мы объявили, что амнистировали всех и не обращаем внимания, принимая людей и из числа бывших старателей. Да, мы амнистировали, но данные при приеме на работу все же просматриваются. Для чего? Данные ДКБ (департамента корпоративной безопасности. – В.К.) содержат не только информацию по приводам, связанным со старательством, но и другие. Если человек склонен к воровству, мы должны это иметь в виду.
Принимали всех, по мере необходимости. Если у человека есть образование – здорово. Опыт – еще лучше. Для себя мы определили несколько категорий, первая – это остро-остро нуждающиеся, у кого большие семьи, неработающие родители и т.п. Выбирали тех, кто более или менее подходит нам. Мы все же не можем принять человека, который будет сидеть и ничего не делать.
Работа эта не закончена. Мы не говорим, что закрыли эти списки. Но на данный момент рудник Бестобе переполнен. Сверх штата у нас порядка 60-80 человек. В Аксу немножко другая ситуация – город ближе, другие предприятия рядом. Ситуация лучше. В Жолымбете тоже получше, а вот с Бестобе было немножко тяжело, потому что там кроме рудника практически ничего нет.
– Вы приняли в Бестобе 116 человек, даже больше, чем требуется. Но там таких, «самозанятых», я предполагаю, еще человек 600-700, наверное, которым надо было бы устроиться… В концерне немалый процент вахтовиков, которые приезжают с юга, из Алматы, Джезказгана и так далее. Можно как-то этот процесс приостановить, не продлевать с ними договоры, а принимать местное население?
– Чтобы принимать местное население, у них должна быть квалификация.
– Да у них, думаю, у всех практически есть квалификация. И опыт пять лет, три года, десять лет. А потом в старатели пошли…
– Ну, вот представьте: человек работает вахтой не первый год. Вахтовик, не вахтовик – он наш сотрудник. Ставить в приоритет кого-то их местных, который еще не является нашим сотрудником, будет неправильно. Как уволить человека только потому, что он не местный?
– Давайте возьмем кошелек, посчитаем, насколько предприятию выгоднее иметь местного работника и вахтовика, которому вы предоставляете общежитие, который кормится в столовой… Наверное, есть и прочие дополнительные нагрузки на бюджет предприятия.
– Это все-таки проектная деятельность, «инвестиционка». Работа рудника относится к операционной деятельности, это постоянные затраты. Там вахтовиков нет. Другое дело проект, предположим, вскрытие какого-то горизонта либо проходка по новой методике. Либо применение нового оборудования. На эти проекты мы и берем вахтовиков. Как только проект закроется (вот у нас в Бестобе один по проходке завершается), люди, которые работают на этом, будут перекинуты на другой проект, на другой рудник. Никак это не ложится на численность рудника вообще, это проектная деятельность. От этого численность работников и заработная плата самого рудника никак не меняется. Они как работали, так и работают.
Рассчитывать на проект, ну… Вот мы сейчас возьмем на проект местное население. Когда проект завершится, как нам этих же людей выдергивать из семьи и переносить на другой? Зачем? В этом плане нам удобнее на проекты (у нас их несколько) направлять вахтовиков, туда, где есть необходимость. Например, если нам нужны машинисты, работающие на определенной технике, с определенной квалификацией и компетенцией, мы их можем отправить на другой объект. Он работает на вахте тут, и мы можем его перекинуть туда, где есть такая техника, без потерь, необходимости командировать, потому что он работает в проекте. На численность рудника, на бюджет рудника это никак не влияет. Это все-таки «инвестиционка». Проект все-таки – это всегда какое-то определенное количество лет, месяцев, дней на определенные работы.
– Ну так и разработка месторождения в широком понимании – это тоже проект на какой-то срок.
– Рудник – это все-таки «операционка». Как только проект заканчивается, если он хорошо завершился, мы передаем это на рудник. Они будут работать дальше по этому проекту, и численность переходит на рудник. Тогда он может принять на данные позиции кого-то из местных. То есть УГКР (управление горно-капитальных работ. – В.К.) встали, ушли, а работа какая-то еще осталась, либо работа переходит в операционную деятельность рудника. Значит, рудник может набрать людей на место тех, которые ушли. Но они не ушли, а передались. Это какие-то вновь созданные позиции, вакансии, работы и так далее. Поэтому претендовать на «вахту» они точно не будут.
– Спасибо за содержательное интервью, позитивный настрой руководства по кадровому вопросу. Надеюсь, застарелые проблемы предприятия, в том числе и рудника Бестобе, все же благополучно разрешатся.

Новости в Вашем регионе