Подозрительные источники

  Две категории источников должны мгновенно пробуждать подозрительность в репортерах: те, кто сообщает слухи или сплетни, и те, кто незваным приходит в редакцию. Но это — только крайние виды подозрительных источников.

  Термин этот относится ко всем, кто сообщает вам не ясные, могущие быть проверенными факты, а нечто другое.Подозрительные источники — те, кто сообщает вам информацию, на которую — возможно или наверняка — последует опровержение. Информацию, исходящую не от уполномоченного давать ее, либо ту, что пришла в результате утечки, равно как и ту, которую дает тот, кто вправе ее дать. Вопреки впечатлению, которое хотят произвести навас чиновники, им перед разговором с вами вовсе не впрыскивали сыворотку правды — обычно как раз наоборот.

  Если вы имеете дело с такими источниками, не забывайте следующие правила:

  1. Спросите себя, каковы их мотивы.

  Крайне редко бывает — хотя и бывает — что люди ищут журналистов по высоким мотивам. Обычно ими движет желание навредить политическим, коммерческим или личным противникам, они могут хотеть протолкнуть какое-то дело (либо причинить ущерб другому делу), желают отомстить или вызвать неприятности. Именно эти и другие темные мотивы обычно побуждают их помогать вам. Спросите себя (и как бы между прочим — их), что это могут быть за мотивы. У большинства людей обязательно есть причины желать появления в печати определенного материала. Это не значит, что статья не должна быть опубликована, но это должно побудить вас к осторожности.

  2. Спросите себя — и их — какова может быть обратная сторона истории.

  История в том виде, в каком ее преподносят вам вначале, в действительности редко бывает такой же черно-белой (и, боюсь, такой же точной). Поинтересуйтесь у источника, есть ли другая сторона у истории и не позабыл ли он сообщить вам какую-либо уточняющую информацию. И никогда не переставайте задавать этот вопрос себе. Да, бывает, что случаются безумные, ужасные, абсурдные вещи, но опыт учит нас, что большинство сюжетов далеко не такие гладкие, как хотели бы нам внушить сообщающие их.

  3. Позволяет ли им их положение знать то, о чем они говорят?

  Нередко ответ будет «нет». Особенно велика вероятность этого, если они разговаривают с вами «не для публикации». Те, кому созданы подобные условия, обычно злоупотребляют ими, преувеличивая и делая вид, что знают куда больше, чем на самом деле. Но даже среди «конкретных» источников много таких, кто заявляет, что он «в курсе», тогда как на самом деле знает самую малость из того, о чем говорит. С такими людьми наибольшая опасность грозит тем, кто пишет о ситуации или о теме, по которой практически ничего не знает сам. Классический пример тому — материалы западной прессы о России, появившиеся в первые два года после революции 1917 года. Западных корреспондентов не пускали на территорию России, поэтому газеты отправили их в Ригу. Там, в трехстах милях от Петрограда, журналисты пытались описывать события, происходившие в Петрограде и в Москве.

  Репортажи выходили сумбурные, враждебные по отношению к большевикам и почти полностью неверные. Это было и неудивительно — большинство статей опиралось на сведения, которыми журналистов кормили бывшие царские генералы и чиновники, отставленные от дел политики и «жучки», делившиеся «новостями» за деньги. Все они заявляли, что «они в курсе». Практически никто из них в нем не был. Сенсационные и скомканные репортажи, поступавшие из Риги, подтолкнули Уолтера Липпманна и Чарльза Мерца провести их знаменитое исследование сюрреалистических материалов «New York Times», касавшихся событий в

  России в 1917—1919 годах. Они обнаружили, что на протяжении этих двух лет газета писала о том, что большевистское правительство пало или вот-вот падет — 91 раз; о том, что Ленин и Троцкий собираются бежать — четыре раза; о том, что Ленин и Троцкий бежали из России — три раза; о том, что Ленина посадили в тюрьму — три раза; о том, что Ленин убит — один раз.

  Новых комических высот репортажи этой газеты достигли в октябре 1919 года, когда антибольшевистские силы, включавшие финнов, Белую гвардию и других, пытались овладеть Петроградом. 18 октября газета опубликовала материал под заголовком: «Антибольшевистские силы в Петрограде», затем, четыре дня спустя: «Антибольшевистские силы под Петроградом» — про вторжение, явно шедшее задом наперед. Лишь 24 октября точность восторжествовала: «Times» сообщила, что «антибольшевистские силы практически прекратили свое существование».

  4. Настаивайте на получении документов там, где это возможно.

  Вам наверняка известно, как трудно, будучи репортером, точно передать суть сложных тем и информации на бумаге, не говоря уже о том, чтобы сделать это в беседе. Пусть эта мысль всегда держит вас настороже по отношению к словам собеседника. Спросите, существуют ли какие-нибудь документы, подтверждающие слова источника. Если вам не дают имеющийся экземпляр, спросите, нельзя ли сделать ксерокопию. Если же вам откажут и в этом, попросите хотя бы дать вам почитать этот документ в присутствии собеседника. И будьте крайне подозрительны по отношению к тем источникам, которые отказывают и в этом.

  5. Если у вас возникли какие-то сомнения, ищите еще один источник.

  Всегда прислушивайтесь к своей интуиции и доверяйте ей, особенно если у вас имеются хоть малейшие сомнения по поводу источника или данной вам информации. В бытность мою главным редактором мне несколько раз довелось отправить в печать материалы, о публикации которых я после жалел, и почти во всех случаях опасения возникали еще до публикации.

  Интересуйтесь у источников, может ли кто-нибудь подтвердить то, что они сообщили вам. Если вы сделаете это вежливо и если ваш источник честен, он согласится сказать. При некоторых обстоятельствах: когда материал представляет особую важность, когда он очень полемичен или когда касается людей очень высокого ранга, — обязательно нужно искать еще один источник.

  6. Не попадайтесь в ловушку — не верьте сюжету лишь потому, что если он правдив, то получится отличная статья.

  Судебные процессы и разрушенные карьеры — вот конец многих статей, где домысла было больше, чем репортажа. Будьте точны, будьте дотошны, доподлинно установите каждую деталь даже запутанной истории — все ли обстояло так, как вам сказали. Не надо говорить: «Ну, наверняка все так и было». Или еще хуже: «Все пишут, что так оно и было, значит, это правда».

  Осенью 1989, когда тогдашняя Чехословакия была на грани событий, получивших название «бархатной революции», некая молодая женщина сказала репортерам: полицейские забили насмерть студента по имени Мартин Смид.

  В округе этот случай получил огласку, к месту гибели Смида стали приходить люди, и скоро там образовалась аура «святого места». Этот материал был опубликован агентством Рейтер, а «Франс Пресс» сообщило, что убитых было трое. В «Ассошиэйтед Пресс» не успели сделать материал. В центральном офисе были недовольны пражским бюро и потребовали наверстать упущенное поскорее. Их тамошним представителем был Анджей Хейма — гитарист, успешно совмещавший журналистику и рок-музыку. Не принимая на веру ничего из написанного о Смиде до него, Хейма начал «копать». Вместе со своей женой, врачом, он отправился по местным больницам и моргам в поисках тех, что лечил Смида, кто обряжал его труп — и так далее. Он не обнаружил ни малейшего доказательства «дела Смида», и через несколько дней агентства-конкуренты были вынуждены сообщить, что Смид, кем бы он ни был, вовсе не умер на том тротуаре в Праге.

  7. Чем более страстно говорит источник, тем менее он заслуживает доверия.

  Это вовсе не значит, что он лжет или преувеличивает, хотя существует и такая возможность. В основном это говорит о том, что людям стоит меньше доверятся и рассчитывать на точные факты в тех темах, к которым они особенно неравнодушны. Расспрашивайте такие источники крайне осторожно. Они обычно подгоняют факты под собственные теории и в ослеплении игнорируют важные факты, способные полностью изменить всю историю.

  Но горячность собеседников может быть вам на руку. Если, разрабатывая полемичный материал, вы подвергаетесь словесным атакам с обеих сторон, это верный признак близости к правде. Как сказал однажды Дэниел Марселлин с гаитянского «Радио Метрополь»: «Мы знаем, когда подбираемся к истине. Это когда смертельных угроз примерно поровну с той и с другой стороны».

  8. Не принимайте сведений от анонимных источников.

  Это не значит, что следует отказываться разговаривать с ними. Но если вы действительно хотите написать статью, анонимный источник для этой цели — вовсе не источник. Он — всего лишь зацепка, указание, где надо искать. Но и в этом случае требуйте установления его личности. В противном случае, если после выхода статьи последует опровержение либо окажется, что материал неверен, у вас не будет никакой возможности представить свой источник ни в суде, ни где-либо еще.

  В крупные национальные газеты нередко приходят анонимные источники, предлагая материалы о частной жизни политиков и знаменитостей. Чаще всего эти источники — проститутки, бывшие любовники и любовницы и т.д. Зачастую они не желают раскрывать свое имя, а еще чаще просят заплатить им (см. ниже). Порой они даже утверждают, что у них имеются фотографии или пленки с записями того, о чем идет речь. Как бы убедительно ни выглядел их рассказ, какое бы хорошее впечатление они ни производили, никогда не доверяйте этим историям, если нет дополнительных источников, подтверждающих их. Велика вероятность того, что вы, сами того не сознавая, становитесь участником акта мести или какой-нибудь нечистой истории.

  9. Никогда не платите за сведения.

  Это легче сказать, чем сделать: кое-где чиновники привычно ожидают платы за сотрудничество с прессой. Но если только возможно сделать работу без подобных выплат, так и следует поступать. Вся беда в том, что, платя людям за информацию, вы пробуждаете к жизни две нежелательные вещи. Во-первых, такая практика создает рынок информации, которая распространится в самые неожиданные сферы быстрее, чем можно себе представить. Еще несколько лет назад редкостью было, чтобы люди требовали от газет деньги при каких бы то ни было обстоятельствах. Теперь же, помня о нескольких получивших широкую огласку историях, денег требуют очень многие, в том числе обычные люди, случайно вовлеченные в какое-то событие.

  В ряде стран, например в Великобритании и Японии, эта практика становится просто заразой, порожденной готовностью газеты платить. Что же происходит затем? Эти люди подписывают договор с одной газетой о праве исключительного использования их информации, и другие журналисты не могут добраться до них. В результате ограничивается свободное распространение информации, а сами источники лишаются возможности быть опрошенными должным образом. То есть единственная версия, которой суждено увидеть свет, — это их авторизованная версия. Такой рынок информации наносит ущерб истине. Это не вопрос этики — это вопрос практический. Сегодня вы платите одному человеку за его информацию, а завтра вы жалуетесь, что другие люди отказываются говорить с вами: их уже купили другие газеты.

  Во-вторых, если вы платите своему источнику, это побуждает его преувеличивать или корректировать факты. Он знает, чем интереснее сюжет, тем больше вы заплатите; поэтому он выдумывает, приукрашивает и «придает жизнь» немногим известным ему фактам с помощью своего богатого воображения. Сильнее всего эта опасность в историях о политиках и знаменитостях. Несколько лет назад самая популярная газета «The Sun» заплатила одному проституирующему гомосексуалисту за информацию об Элтоне Джоне. Статья была опубликована, но сведения в ней не соответствовали истине, и позже газете пришлось заплатить рок-звезде миллион фунтов стерлингов за моральный ущерб и напечатать на первой странице извинение.

10. Остерегайтесь также источников, желающих продать вам пленки, видеозаписи и проч.

Внемлите предостережению британца. В его стране некоторые популярные газеты платят за материалы такие большие деньги («The Sun» каждый год тратит миллионы фунтов стерлингов на оплату информации), что там есть даже пара человек, зарабатывающих на жизнь профессиональным обманом газетчиков. Наверное, лучший из них — кинокаскадер по имени Роки Райан, он же Мейджор Трэвис, Питер Бернстайн, Дэвид Оппенгеймер, Рокко Сальваторе, и еще ряд имен, под которыми он обычно действует. Он продал «The People» (воскресной бульварной газете) материал об оргиях с сексом и наркотиками в гималайской экспедиции, другому изданию он продал байку о том, что Горбачев ушел в отставку за два года до того, как это произошло на самом деле, а также историю о том, что видный нацист Мартин Борман жив и здоров и проживает в одном из израильских кибуцев. Он также заработал 18 000 долларов, состряпав расшифровку записей телефонных разговоров принца Чарлза и принцессы Дианы. Его подруга-актриса позвонила в «The People» и сообщила, что ее приятель из службы безопасности хочет поговорить о королевской семье. Она дала номер телефона в престижной части Лондона, и, когда из газеты позвонили по нему, трубку снял его приятель, представившийся работником британской разведки. Он объяснил, что они установили «жучок» в телефоне принца Чарлза, и добавил, что готов продать расшифровку телефонных разговоров за 7500 долларов. «The People» купила ее, равно как и другие газеты. Причина, почему они попались на это, понятна: мошенники давали им сведения, которые те жаждали принять за правду. Подобным искусством убеждения жулики владеют испокон веков.

11. Будьте щепетильны по отношению к противной стороне.

Это означает не только придерживаться уравновешенного тона в расследовании в статье и от начала и до конца, но и быть честным по отношению к людям. Если их критикуют или обвиняют в чем-то, вы должны не только сообщить им об этих обвинениях, но и дать время ответить на них. «Десять минут на размышление» — это не совсем то, что надо. Зачастую следует отказ «прокомментировать», сколько бы времени вы им ни дали. Но возникают ситуации, когда сказанное противной стороной даст вам новые сведения и другой поворот. Вопрос тут не сводится только к справедливости, это также вопрос безопасности.

И наконец, не спешите сдавать сложные статьи. В Британии настолько силен дух соперничества, что постоянно жив соблазн опубликовать материал прежде, чем он будет проверен и полностью готов. Публиковать статью только тогда, когда ты ею полностью доволен. Все остальное не стоит риска.

 12. Опасайтесь призывов к вашему «чувству ответственности».

Лишенные формальных признаков цензуры призывы к журналистам «подумать о последствиях этой публикации», «проявить ответственность» — древнейший прием в неписанном учебнике для желающих скрыть правду. Подобные уговоры обычно свидетельствуют, что материал правдив, а тот, кто дает его, не хочет, чтобы вы писали об этом.

Никогда не поддавайтесь. Вы журналист, а не государственный пропагандист. Если не считать военного времени, когда преждевременная информация о передвижениях войск могла быть на руку врагу, трудно представить себе тему, которую следовало бы сознательно замалчивать. В военное время правительство будет взывать к патриотизму журналистов, не допуская репортеров к информации и к правде под предлогом соображений национальной безопасности. А то, что оно будет говорить, скорее всего, окажется дезинформацией.